Ж) Барон Ричард фон Крафт-Эббинг: феноменология половой психопатии
«С приходом Гитлера к власти
уже наблюдалась выраженная тенденция
эротизации всех человеческих отношений»
(К. Ясперс. «Автобиография»)
«И были оба наги, Адам и жена его, и не стыдились. Змей был хитрее всех… И сказал змей жене: … но знает Бог, что в день, в который вы вкусите их, откроются глаза ваши, и вы будете, как боги, знающие добро и зло. И увидела жена, что дерево хорошо для пищи и что оно приятно для глаз и вожделенно, потому что дает знание; и взяла плодов его, и ела; и дала также мужу своему, и он ел. И открылись глаза у них обоих, и узнали они; что наги, и сшили смоковные листья, и сделали себе опоясания…»
(Бытие. О грехопадении. 25 стих 2 главы)
Рихард фон Крафт-Эббинг – одна из самых загадочных личностей «Предренессанса» ХХ-го века… Мы, вероятно, никогда не узнаем его профессионального мнения о семье последних императоров Австрии. Прежде всего, о великолепной Сиси (Елизабет, императрице Австрии, королеве Венгрии), ее сестре, несчастной герцогине Софии Аленсон, погибшей при пожаре, не менее несчастном кронпринце Рудольфе, об его «развернутом суициде» с возлюбленной баронессой, греко —турецкой еврейкой Марией Вечера. Это и понятно. Не понятно в данной связи, почему во многих зарубежных учебниках, барон Крафт-Эббинг считается полицейским врачом? Психиатрическая тайна в цивилизованном мире, не менее – тайна, чем военная. По крайне мере, так должно быть. Совсем другое дело, что мы также никогда не узнаем истинных мотивов великого ученого, бросившего вызов себе и миру, став автором «Половой психопатии». Мы можем только предполагать, вслед за Фрейдом («Половая психопатия, все ее издания, была настольной книгой великого психоаналитика), что глубокое изучение эпилепсии, осуществленное Крафт-Эббингом, привело его к «Половой психопатии». Ибо, среди больных эпилепсией, особенно среди так называемых эпилептоидных личностей (у которых нет судорожных припадков), так часто встречаются сладострастники, религиозные фанаты и перверсные личности. Например, маркиз де Сад, это исчадие полого ада, был чрезвычайно набожен. Настолько, что в его спальне, наряду с множеством картин сексуально-перверсного содержания, весели распятья.
Часто, после истязания и полового эксцесса с очередной возлюбленной, маркиз предлагал ей встать на колени и отпускал грехи самым серьезным образом.
Крафт-Эббинг давал себе отчет, что его «Половая психопатия» способна шокировать не только массовое сознание, но и сознание его коллег (что потом и подтвердилось). Поэтому он с трудом подыскивал латинские термины, которые придали бы благопристойный вид многим его описаниям сексуальных перверсий. Но, попытка перевести всю «Половую психопатию» на латынь, не увенчалась успехом. Вот, если бы он попытался бы использовать язык персонажей российских тюрем, у него бы получилось! Мертвый язык не отражал «кроваво-мясистые прелести реальной жизни» (Фрейд из письма Галанту).
Явно подражая Рихарду фон Крафт-Эббингу, первый красный профессор психиатрии Петр Борисович Ганнушкин, написал весьма не плохую книгу – «Эпилептический характер: религиозность и сладострастие», которую бесконечно издавал за счет Государства и переводил на иностранные языки. Предоставим читателю самому найти, прочитать П. Б. Ганнушкина и сравнить его опус хотя бы с одной главой «Половой психопатии».
Крафт-Эббинг родился в 1840 г. в Мангейме, откуда после окончания средней школы он переехал вместе с родителями в Гейдельберг, где жил его дедушка по материнской линии – адвокат, снискавший значительный авторитет своей правозащитной практикой. Под его благотворным влиянием юноша начинает изучать медицину, но вскоре, заболев тяжелой формой тифа, вынужден отправиться в Швейцарию. После выздоровления, увлеченный лекциями знаменитого психиатра В. Гризингера, он продолжает учебу в Цюрихе и специализируется по психоневрологии.
Заняв в 1870 г. профессорскую кафедру в Страсбурге, он публикует несколько фундаментальных руководств (в их числе: «Основы криминальной психологии», 1872; «Учебный курс судебной психопатологии», 1876 и др.), систематически приглашается и часто выезжает в качестве консультанта во многие европейские страны (в том числе в Россию и Англию), завоевывает репутацию самого эрудированного психоневролога континента.
И вот на этом этапе, будучи на вершине славы, Крафт-Эббинг предпринимает акцию, которую в равной степени можно расценить и как легкомысленную, и как смелую (если угодно, даже героическую). В 1886 г. он публикует книгу «Половая психопатия», нарушая и ниспровергая этой пионерской работой все общепринятые (хотя и негласно) каноны благопристойности.
Дело в том, что в течение многих веков, со времени укоренения в Европе христианства, любое упоминание секса из всех университетских кафедр изгонялось как грех, а в судах, любившие сексуальные радости жизни, нередко безжалостно преследовалось, как преступники. Цитаделью же этого пуританско-аскетического взгляда в Европе с течением времени становится так называемое викторианство, связываемое с эпохой царствования английской королевы Виктории (1837—1901). Согласно установившемуся идеалу, благовоспитанные молодые люди в надлежащее время влюблялись, делали предложение «руки и сердца», сочетались церковным браком, а затем во имя прокреации (то есть продления рода), время от времени совершали, при потушенных свечах и под одеялом, половой акт со своей супругой. При этом, неуклонно соблюдали правило ladies don’t move – дамы неподвижны! Поскольку, благовоспитанным дамам не позволялось извиваться в конвульсиях страсти или кричать во время оргазма. Леди должны были отдаваться мужьям пассивно, имитируя полный двигательный и эмоциональный паралич. Вплоть, до диссимуляции оргазма и каких бы то ни было иных положительных чувственных проявлений. Кодекс двойной морали, в какой-то степени разрешал умеренные плотские радости, только представителям сильного пола.
И вот один, из самых уважаемых европейских профессоров, личный психиатр семьи императора Австрии Йозефа Габсбурга, в одночасье ниспровергает всю эту тихую благость, нарушая «обет молчания» профессионала, публикацией своей коллекции самых отвратительных, самых разнузданных, самых тошнотворных поведенческих актов! Которые, до этого были связанны именно с плотно замаскированной, закрытой на все застежки сексуальной сферой. «Zipping sex», как выражались умные и хитрые викторианцы. Тошнотворность представленных Крафтом-Эббингом в его время, была им протокольно описана. Заставившая, дабы не шокировать аристократических читателей предпоследнего десятилетия XIX в., прикрыть наиболее крутые «эпизоды» секса, завесой древней латыни. «50 оттенков серого» – это в духе «утомленного сексом, но все же, викторианства! Не утратила своего отталкивающего аромата, книга Крафта-Эббинга и в конце ХХ-го века! И, не только в СССР, где «Половая психопатия» была просто запрещена! Но, кто-то ее все же перевел на русский язык, и психиатры этот перевод фотографировали, а, потом, читали под лупой. Авторы хранят, как реликвию, такую «Половую психопатию»!
Своей монографией о половой психопатии Крафт-Эббинг прежде всего нанес такой сокрушительный удар по собственной к этому времени широко и прочно установившейся репутации, что отзвуки растерянности прослеживаются даже в некрологе, опубликованном в «The British Medical Journal», игравшем роль рупора не только английских, но и европейских медиков. Так, в номере за 3 января 1903 г., спустя одиннадцать дней после смерти ученого, в траурном сообщении соседствуют такие высказывания: «… среди его работ – шестикратно переиздававшееся руководство по психиатрии, а также руководства по судебной медицине и психопатологии… Его имя, к сожалению, приобрело скандальную известность благодаря книге, названной „Половая психопатия“… Крафт-Эббинг, однако (!), внес в неврологию много ценных разработок, заставляющих относиться к его имени с уважением…» А за 10 лет до этого, в 1893 г., то же периодическое издание высказывалось еще более категорично: «Мы всесторонне обсудили, следует ли нам вообще реагировать на появление этой книги… Мы подвергли сомнению целесообразность ее перевода на английский язык. Заинтересованные лица могут ознакомиться с ней по оригиналу. Лучше, если бы она была написана на латыни целиком, так, чтобы прикрыть ее содержание мраком и неясностями мертвого языка…» При этом буря, вызванная злосчастным вторжением в запретную сферу, не ограничилась британскими островами, так что Крафт-Эббинг был вынужден подать в отставку, отказавшись от кафедры в Страсбурге, и ограничиться заведованием небольшим санаторием, недалеко от Граца, в Австрии. Лишь к концу жизни он вновь занял высокий академический пост, унаследовав руководство клиникой и кафедрой Майнерта в Венском университете.
